Херсон °C


Виктор Пелых: Я избранный

20.03.2015 Пт 20:22  


Виктор Пелых: Я избранныйСегодня утром Виктор Пелых зашел в здание облсовета, нашел кабинет его председателя, зашел туда и закрылся вместе с несколькими депутатами.

Оказалось, что у него есть судебное постановление - отменить решение сессии об увольнении Виктора Пелыха с должности главы областного совета.

Также он сегодня уже успел издать распоряжение о том, что он продолжит исполнять обязанности председателя облсовета.

Пообщавшись с депутатами в кабинете облсовета, Пелых спрятался от представителей общественности в здании УМВД. В свою очередь, туда пришли возмущенные херсонцы, однако экс-чиновник с ними так и не встретился.

Корреспонденту "Херсонских вестей" удалось выловить экс-главу облсовета и задать ему пару вопросов.


— Здравствуйте. Как продвигаются Ваши дела в суде, Вас уже восстановили в должности? У Вас дальше в планах — работать?

— У меня нет планов пока, я только решение суда в руки взял.

— Как Вы относитесь к тому, что общественность Херсона против Вашего назначения и просит Вас написать заявление об увольнении?

— Так я же уже раз писал.

— Ну раз уже восстановлены, можно еще раз написать. Как Вы относитесь к тому, что общественность не хочет видеть Вас на этой должности?

— А Вы кто, общественность?

— Я журналист.

— Вы общественность?

— Я журналист.

— Ну Вы же не вся общественность. А я сделал опрос, и 80% хотят, чтоб я занимал эту должность, а Вы опровергните это.

— Нет, но я сегодня здесь была и…

(Перебивает — ред.) — Это 20 человек, которые стояли тут маты пёрли милиции, я на таких вообще в принципе не реагирую, понимаете? Я ответил Вам на Ваш вопрос?

— Нет. Я…

(Перебивает — ред.) — Если бы это были люди, они бы вели себя согласно Закону Украины. Я не стал бегать, не стал никому угрожать.

— Но Вы угрожали ранее.

— Никогда. Если Вы найдете хоть одно мое выступление, где я кому-то угрожал, если хоть одно найдете.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ: ГЛАВА ХЕРСОНСКОГО ОБЛАСТНОГО СОВЕТА НАМЕКНУЛ, ЧТО МОЖЕТ СТРЕЛЯТЬ В ПРОТЕСТУЮЩИХ

— У меня нет выступления, но у меня есть свидетельство человека, которому Вы угрожали.

— Скажите, кто это?

— Вы знаете прекрасно, это выпускники Херсонского государственного университета факультета филологии и журналистики.

— Какого университета?

— Херсонского государственного университета, факультета филологии и журналистики.

— Та никогда я им не угрожал. Я вообще ни одному человеку в жизни не угрожал. Мне это не надо, у меня нет ущербности, я в детстве в нормальной семье рос, то есть у меня нет никаких обид ни на одного человека в мире, значит я веду себя адекватно в соответствии с той ситуацией, которая на сегодня есть. А если человек плюется, если человек махает руками, это нормально, Вам нравится?

— Нет.

— Вам когда-то плевали в лицо?

— Нет.

— А мне сегодня Ваш лидер плевал.











— «Ваш» лидер — это кто?

— Ну Вы же там исповедуете, что это была общественность, на которую я должен реагировать.

— У меня нет никакого лидера, Вы сейчас о ком говорите?

— Ну как этот…с чубом..?

— Андрей Наливайко?

— Наливайко.

— Ну он не мой лидер, он представитель общественной организации «Правый сектор».

— Ну и что, ну Правый сектор? Ну и это что?

— Нет, я говорю, что здесь собрались люди, тут были представители многих общественных организаций, поэтому я обобщила их под термином общественность. Они и были против.

— Ну я услышал, они против, хорошо.

— Но Вы не собираетесь писать заявление?

— Не собираюсь. Я уже давно сказал. Я и первый раз пожалел, что я его написал. Потому что все надо делать в рамках закона. Если мы не будем нарушать закон, то будет все нормально, не будет никаких проблем. Это не те представители общественности. Боролся Майдан за что? За то, чтоб законы не нарушались в нашей стране, так?


— После всего, что Вы делали в прошлом году, Вы говорите об интересах Майдана?

— А я что делал в прошлом году?

— Когда Вы были главой областного совета…

(Перебивает — ред.) — А я и не увольнялся.

— Но Вы писали заявление.

— Не писал. Я под давлением тех же людей.

— Ладно, не важно.

(Перебивает — ред.) — Это Вы считаете законно?

— Нет. Можно меня не перебивать? Вы же когда говорите, я Вас слушаю, правильно?

— Хорошо, я тогда вообще Вам ничего не буду говорить, давайте.

Вы в интервью нашему изданию говорили, что на тот момент, когда убивали людей на Майдане, Вы были представителем власти и доля этой вины лежит на Вас.

— Морально. Морально — да, я и сегодня Вам это скажу.

— Вот за то, что сегодня меня тут так, вот камера даже смотрела, Ваш представитель по лицу ударил

— А кто такой «Ваш»?

— Ну Вы себя с кем ассоциируете?

— Я издание «Херсонские вести» на данный момент представляю.

— Ну вот Вы приходите, и говорите: я один, а тут приходит 20 человек и вот стоит представитель власти тоже, милиция, и на его глазах, хотя он стоит с автоматом, подбегает мужик, махает руками, єто нормально в государстве правовом?

— Нет, это ненормально, но…

(Перебивает — ред.) — Ну вот об этом и напишите, что я законопослушный гражданин.

— Особенно после дела в прокуратуре, которое на Вас завели. Можно назвать человека законопослушным, когда на него дело в прокуратуре, как Вы думаете?

— Понимаете, в нашей стране и на Вас завтра заведут.

— Вы мне сейчас угрожаете?!

— Вам? Угрожать?

— Да.

— Вы меня рассмешили. Я Вам угрожаю?

— Ну Вы говорите, что завтра на меня заведут.

— Говорю, что завтра на Вас заведут, а Вы хоть знаете за что на меня прокуратура дело возбудила?

— Нет, я еще не ознакомилась, но я знаю, что это факт.

— Какой факт?

— То, что дело в прокуратуре на Вас есть.

— Так Вы знаете за что? Это как в анекдоте том про шапку, давайте я Вам расскажу, можете это опубликовать.

— Мы анекдоты не публикуем.

— Вы все публикуете. Вчера на меня дело завели за то, что я, допустим, я Вам условно говорю, что я стены обрисовывал, меня надо оштрафовать, а сегодня завели «почему я их не обрисовывал?». Если Вы хотите вникнуть, я готов дать Вам отдельно интервью, если Вы честно напишете, я Вам покажу все документы на основании чего. И это еще раз есть издержки нашей правоохранительной системы, что на человека, который не нарушал закон, если в принципе можно завести уголовное дело, то это не нормально.

— Хорошо. На каком основании, если Вы не увольнялись, как Вы перед этим мне сказали, и депутаты против не голосовали, почему Вы год не являлись на рабочем месте?

— Потому что я подал в суд чтоб суд установил: было нарушение или не было нарушения. Есть два варианта: выйти на работу, и тогда бы Вы прибежали опять 20 человек, и ломали стулья, и описывали стенки.


— Нет, Вы публичный человек, поэтому пресса всегда возле Вас.

— Ну да, признаю, что притягивают прессу публичные люди, я не против, я против другого. Вот Вы берете и говорите, что Вы там нарушаете закон, а никто не вникает, вот все говорят: Вы там что-то мошенничали, а я в жизни вообще никогда, даже в университете, вообще никогда не нарушал закон. Я даже правила дорожного движения не нарушаю.

Вы задаете такие интересные вопросы, единственное, что я хочу сказать — по прокуратуре. Я Вам готов показать эти документы, там ни одного факта. Они хотят разобраться, это их право это сделать. Но единственное, Вы учились где-нибудь вообще?

- Да.

— Я сомневаюсь, ну ладно. Вы хоть одного профессора вживую видели?

— Да.

— Вот я профессор. Член национальной академии аграрных наук Украины, а мне говорят, что я неправильно читаю, это вообще возможно? А я, 7 человек вообще таких в стране живые. Вот это и есть криминальна справа, по которой нашли ко мне, голове областной рады, по которой я подписывал миллиарды денег.

— Потому что Вы профессор?

— Ну да. Другого нет, я Вам покажу документы, у меня просто нет сейчас. Два АвтоКруи, это солидная организация? Которая подтвердила два, такого не бывает, чтоб одному человеку два было. Никакого нарушения профессор Пелых вообще никогда не делал. Ответил Вам на Ваши вопросы? Хотите видеть документы — я покажу. А что делает прокурор — это ему надо разобраться, хотя, наверное, у него какая-то мотивация есть.

— Почему Вы не вышли к людям сегодня и не объяснили им то, что объяснили сейчас мне?

— Я к людям выходил и выхожу. И если Вы говорите, что я публичный человек, да?

— Ну да.

— Значит надо договариваться с людьми. Вот Вам нравится, если бы я сейчас на Вас сказал, ну я на женщин вообще не могу ничего сказать, ну в принципе даже не могу придумать что и сказать, ну что-то нехорошее, что Вы там.
.
— Не важно.

— Ну что в чем-то Вы не правы, Вы бы хотели со мной разговаривать вообще?

— Ну такая у меня профессия, проходится мне разговаривать с людьми, независимо от моего личного отношения к ним.

— Так вот стоит 10 человек и кричит: Ты сепаратист, мы тебя сейчас возьмем в заложники и отправим там куда-то меняться. Это нормально в правовом государстве?

— Хорошо. Такой вопрос: люди, претендующие на такую должность как Вы…

(Перебивает — ред.) — Та я не претендую, я избранный. Чего я претендую? Я избранный. Это подтвердил и суд, и все. Чего я должен претендовать? Это Вы претендовать можете, а я избранный, легально действующий.



Беседовала Линда Метцгер, "Херсонские вести"
скачать dle 10.5 отдых на озере Яровое

0 комментариев